Gieb ihr ein Schweigen (c)
Eugenio Montale (1896–1981)
Sо l'ora in cui la faccia più impassibile
è traversata da una cruda smorfia:
s'è svelata per poco una pena invisibile.
Ciò non vede la gente nell'affollato corso.
Voi, mie parole, tradite invano il morso
secreto, il vento che nel cuore soffia.
La piú vera ragione è di chi tace.
il canto che singhiozza è un canto di pace.
Эудженио Монтале
И самое подчас невозмутимое
Лицо сжимает резкая гримаса:
Открылась на секунду боль незримая,
Но улица не замечает – и прекрасно.
Предательски, слова мои, напрасно
Вы сердце обнажаете – живое мясо.
Доказывают правду не речами.
Рыдающая песня – как молчанье.
пер. Евг. Солоновича.
Sо l'ora in cui la faccia più impassibile
è traversata da una cruda smorfia:
s'è svelata per poco una pena invisibile.
Ciò non vede la gente nell'affollato corso.
Voi, mie parole, tradite invano il morso
secreto, il vento che nel cuore soffia.
La piú vera ragione è di chi tace.
il canto che singhiozza è un canto di pace.
Эудженио Монтале
И самое подчас невозмутимое
Лицо сжимает резкая гримаса:
Открылась на секунду боль незримая,
Но улица не замечает – и прекрасно.
Предательски, слова мои, напрасно
Вы сердце обнажаете – живое мясо.
Доказывают правду не речами.
Рыдающая песня – как молчанье.
пер. Евг. Солоновича.